— Все люди должны служить Хранителям, — ответил Пандарас. — Они взрастили нас из животного состояния, они хранят память обо всех, кто когда-либо жил, и возродят нас из мертвых в последний момент существования Вселенной, в конце времени и пространства. Если тебе нужно быть слугой, то служи моему господину, Йаме. Он принадлежит к древней расе Строителей, которые творили наш мир по воле Хранителей. Йама ближе к ним, чем любой другой человек Слияния; эмиссар священного города Гонда сам это признал. Йама — аватара Хранителей. Я видел, как ему покоряются бесчисленные машины. В Изс, на крыше Дворца Человеческой Памяти, он преобразил младенца одной из туземных рас, вдохнув в него самосознание. И ты видел своими собственными глазами, как он вызвал чудовищных полипов со дна Великой Реки, чтобы спасти нас от префекта Корина. Он мудрый, святой человек. Он — единственный, кто может прекратить развязанную еретиками войну и вернуть мир на путь, ведущий к воскрешению всех людей. Значит, ты послужишь всему миру, если поможешь мне его найти.

— Мы отправимся на поиски твоего господина и моего корабля, — отозвался Тибор. Он в последний раз затянулся самокруткой и облизнул черные губы длинным красным языком. — Но корабль найти легче, чем одного человека. Как его искать по всей длине мира?

Пандарас показал Тибору керамическую монету, которую Йама отдал ему перед тем, как отправиться за предателем Элифасом в ловушку. В глубине маленького диска поблескивала крохотная искра. Это значило, как верил Пандарас, что Йама все еще жив. Но как бы он ни вертел монету, искорка не становилась ни ярче, ни тусклее.

Тибор кивнул:

— Я слыхал о таких вещах, но никогда не думал, что сам это увижу.

— Можешь теперь убедиться, что они действительно бывают, — сказал Пандарас. — А сейчас берись за дело, я хочу убраться отсюда как можно скорее.

Наконец погребальный костер был готов. Пандарас и Тибор уложили тело Фалеруса на самый верх, укрыв его слоем оранжевых мальв и желтых ирисов. Тибор наизусть знал ритуал погребальной службы, и Пандарас следовал его указаниям, став на это время слугою священного раба — иеродула.