Когда Кирк проходил мимо, она быстро выкрикнула:

- Капитан! Капитан! Вас обманывают! Вызволите меня отсюда и я расскажу, как все было на самом деле.

- Бедное дитя, - пробормотал Кори. - Паранойя и бред отношений - вроде бы классический случай, а мы не можем излечить ее. - Марта, капитан Кирк очень торопится. Девочка не обратила внимания на его замечание.

- Со мной все в порядке. Посмотрите на меня: разве я похожа на сумасшедшую? Почему вы не хотите выслушать меня?

- Разумный вопрос, - сказал Спок.

- Как и я сама.

Кирк остановился и повернулся к Марте.

- Что же ты мне хочешь сказать?

Девочка, отскочив от невидимого барьера, указала пальцем на Кори.

- Я не могу говорить в его присутствии.

- Ты боишься говорить из-за губернатора?

На ее лице появилось хитрое выражение, и она заговорщически прошептала:

- А он вовсе и не губернатор Кори.

Кирк посмотрел на Кори, который в ответ беспомощно развел руками.

- Не хочу казаться бессердечным, но я слышу это каждый день. Все строят против нее заговоры, а я - главный негодяй. Камера Гарта за углом. Он очень беспокойный пациент, и нам пришлось принять особые меры предосторожности.

Губернатор повел их дальше по коридору. Когда они свернули за угол, Кирк увидел то, что Кори назвал “предосторожностями”. Человек в камере был распят у стены, его голова беспомощно поникла. Сцена напоминала средневековую камеру пыток. Ни одна современная реабилитационная программа не применяла ничего подобного…

Потревоженный шумом, пленник поднял голову. Несмотря на щетину, дикие глаза и изнеможденный вид, Кирк сразу узнал его.

Это был губернатор Кори.

Кирк резко развернулся. Двойника не было. В конце коридора стоял высокий человек с ястребиным носом. Его глаза пылали, а фазер был направлен на офицеров “Дерзости”. За ним толпились остальные пациенты, тоже вооруженные.