— Нет, — произнес Кирк. — Он — не оружие. Оно у него имеется. И это та разница, которую мы можем использовать. Это ведь ребенок, ребенок в теле мужчины, пытающийся стать полноценным мужчиной. Дело не в его жестокости. Это просто неведение.

— А вот и он сам, — произнес Мак-Кой с фальшивой сердечностью. Кирк развернул кресло и увидел спускающегося по эскалатору, безмятежно улыбающегося Чарли.

— Привет, — произнесло самое разрушительное оружие в галактике.

— Мне кажется, я просил тебя оставаться в каюте, Чарли.

— Правда, — ответил он, улыбка пропала с его лица. — Но я просто устал там.

— Ну что ж, хорошо. Ты — здесь. Может быть, ты ответишь на несколько наших вопросов. Ты ответственен за то, что произошло с “Антаресом”?

— Почему?

— Потому что я хочу знать. Отвечай мне, Чарли.

Все затаили дыхание, пока Чарли обдумывал ответ. Наконец он сказал:

— Да. Среди экранирующих плиток их генератора Нерста была одна плохая. Я заставил ее исчезнуть. Она все равно рано или поздно отказала бы.

— Ты мог сказать им об этом.

— Зачем? — спросил Чарли. — Они не любили меня и относились ко мне плохо. Вы видели их, когда они привезли меня к вам на борт, чтобы избавиться от меня. Больше им это не удастся.

— Ну, а как насчет нас? — спросил Кирк.

— О, вы мне нужны. Я должен добраться до Колонии Пять. Но если вы будете относиться ко мне плохо, я придумаю что-нибудь другое.

Юноша неожиданно повернулся и вышел.

Мак-Кой вытер пот со лба.

— Ну ты и рисковал.