— Китайцы уважают свою пищу, — продолжал разглагольствовать Лозини. — В этом их секрет! Как будто пища — это личность!

Он вилкой помешал каштаны и куски сельдерея, а трое гостей опять согласно кивнули.

Все трое были деловыми людьми. Мужчина в светло-синем костюме и темно-зеленом галстуке был Фрэнк Фаран, бывший председатель одного синдиката, а теперь управляющий «Нью-Йорк Рум», клуба в центре города, с двумя аттракционами в неделю и джазовым оркестром во время уикенда.

В белом свитере изнемогал от жары Джек Валтер. Он был адвокатом и членом многих компаний.

Человек с черным галстуком-бабочкой и в цветастом пиджаке, бывший бухгалтер по имени Натан Симс, теперь имел большое влияние на политическую машину города, занимался он также и некоторыми личными финансовыми проблемами мистера Лозини.

По мере приготовления овощи распространяли в воздухе приятный запах. Издалека доносились голоса женщин, сидящих у пруда.

Лозини с удовольствием смотрел на произведение своего кулинарного искусства, потом улыбнулся гостям, те улыбнулись в ответ.

Лозини считал себя тонким знатоком кухни, и никто из его окружения не спорил с ним. Это было честью — быть приглашенным к его столу! И было катастрофой быть слишком долго неприглашенным...

Никто никогда не уклонялся от приглашений Лозини.

На взгляд гостей, овощи поджаривались слишком медленно, но Лозини так не считал, он смотрел на них с отеческой улыбкой, но сразу же настороженно поднял голову, услышав, как Гаролд вышел из дома. Белая куртка Гаролда сидела на нем безукоризненно.

Лозини ждал с деревянной ложкой в руке; трое приглашенных скромно отошли в сторону. В мире, в котором они жили, лучше было не слушать посторонних разговоров.