Комизм ситуации был в том, что все происходящее сильно напоминало костер пятнадцатилетней давности, когда 19 мая, в День пионерии, стояла такая сильная жара, что они с Женькой Городиловым удрали с праздника и втихаря искупались в холодном и мутном Аламбае… За что им обоим потом пребольно досталось от матерей… Наконец тошнотворное пение аборигенов прекратилось. Они запалили факелы… Отделившись от толпы, прямо к дереву, на котором висела Сашкина клетка, не спеша направились четверо крепких и ловких на вид представителей драконьего племени. И только тут до Александра дошло, кто был главным героем неожиданного (как он догадался по суете) праздника и для кого сложили эти динозавры свой «пионерский» костер.

Он быстро развязал веревки, стягивающие двери клетки, и, выпрыгнув на землю, с воплем: «Я вам не Джордано Бруно!!!» что было духу припустил прочь от помоста и дерева, прямо к открытым настежь воротам.

Ловить сбежавшую тварь бросились почти все жители племени.

– Закройте ворота, – крикнул старый Кар'рлум кому-то из воинов, схвативших лук и копье.

Тот резво бросился к единственному проходу в частоколе. Но пленник был невероятно быстр. За считанные мгновения он пробежал почти половину расстояния, отделявшего его от свободы.

– Стреляйте – снова закричал вождь племени, и в сторону беглеца посыпались редкие и не очень прицельные стрелы. Как на беду, у ворот никого уже не было. «Не уйдет!» – подумал Кар'рлум. Он поднял брошенный кем-то впопыхах могучий лук для охоты на морских тварей, не торопясь, прицелился. До ворот было шагов двести, но вождю случалось бить зверя и на вдвое большем расстоянии…

Редкие стрелы не могли причинить Сашке никакого вреда. Он легко уворачивался от них на бегу. «Уйду!» – решил он. Преследователи заметно отставали, и он, поддразнивая незадачливых аборигенов, остановился и, согнув в локте руку, хлопнул по предплечью другой.