К вечеру крыло практически срослось. Тонкая соединительная ткань затянула весь обширный разрыв. Дракон осторожно стал шевелить поврежденным крылом, аккуратно складывая и выпрямляя длинную шестиметровую конечность. Подошел Ар'рахх, аккуратно просмотрел рану, недовольно покачал головой. Сходил за походным мешком, достал из него нетолстое полено. Полено оказалось деревянным сосудом, плотно закрытым пробкой. Зеленый гигант осторожно раскупорил цилиндрик, тонкой палочкой наковырял светло-коричневой мази с резким мятным запахом и аккуратно помазал шов в нескольких местах. Затем он проделал те же манипуляции с полешком в обратном порядке, унес мешок под дерево.
Ночь, как и ожидалось, прошла тихо. Первую треть ночи «вахту нес» огневик, остальное время Александр с Ар'раххом поделили поровну. Под утро Сашка ненадолго отлучился в лес и вскоре принес два свежедобытых птеродактиля. Обоих он хорошенько прожарил на костре. Одним летуном они аппетитно позавтракали с зеленым гигантом, второго, как обычно, отнесли Ужасу Неба. Огневик ел почему-то медленно. Он неторопливо отрывал кусочки мяса, проглатывал их, поднимал голову, долго смотрел на белую и зеленую фигуры, снова неторопливо отрывал мясо, глотал его… Складывалось впечатление, что он намеренно тянет время. Драк и человек переглянулись, не сговариваясь, подошли к дракону. Огневик сразу доел жареное мясо, в нерешительности посмотрел на своих спасителей. Расправил крылья, несколько раз энергично взмахнул ими. Перепонка заросла, а о недавней травме напоминала длинная неровная темная полоса через все крыло. Ужас Неба словно демонстрировал, что у него все в порядке и он может лететь хоть сейчас.