– Он потерял сознание, – отозвался Ганс. – Ему просто нужен отдых.

– Я ему говорила… – Перед глазами Мойше появилось худое, бледное, встревоженное лицо, обрамленное короткими светлыми волосами. Женщина пристально вглядывалась ему в глаза. – Что с тобой, Мойше? Ты что, считаешь себя суперменом? Помоги мне, Ганс. Если понадобится, я привяжу его к кровати.

– Но кто-то же должен… – запротестовал бен-Раби.

– Ты не единственный «кто-то» на «Данионе». Усердие новообращенного ни с чем не сравнимо. Я люблю его, но иногда он заставляет меня просто на стенку лезть.

– Позаботься о нем, Эми.

– Не беспокойся, я слишком много вложила в этого идиота.

Они уложили бен-Раби в постель. Там было спокойно, будто в утробе матери. Только оставалось чувство неясной вины. Нехорошо спать, пока другие телетехи все еще пытаются установить контакт.

Эми присела на край кровати. Мойше заснул задолго до того, как она закончила выговаривать ему за то, что он совсем о себе не заботится.

Она все еще сидела рядом, когда шесть часов спустя зажужжал сигнал связи.

– Эми Кольридж, Безопасность, – ответила она.

На экране появился седеющий человек.

– Доброе утро, лейтенант. Бен-Раби там?

– Да, командир. Он здесь, сэр. – И голосом на октаву ниже добавила:

– Он спит, сэр. Если он вам действительно нужен, я могу его разбудить.

– Нет, не надо. Я хотел поговорить с вами, лейтенант. Сейчас иду к вам.

Несколько минут спустя в дверь каюты постучали. Должно быть, командир позвонил ей уже по пути сюда.

– Я только что прочитал ваш рапорт о бен-Раби.

– Вы лично? А в чем дело? Это был обычный рутинный рапорт.

Командир отмахнулся от ее вопроса.

– Он может понадобится нам для чего-то более серьезного, чем контакт. Кольридж, я хочу задать вам один вопрос. Пожалуйста, подумайте над ответом.

– Да, сэр?

– Ваш рапорт честен? Вы не позволили чувствам повлиять на ваши суждения?