Он равнодушно смотрел на гигантские кубы монолитов, на бесконечно-длинные перемычки между ними, на паутину движущихся эстакад, на одинокую тучку, время от времени цепляющую своей кромкой куда-то спешащие вагоны, и вдруг ему мучительно сильно захотелось снова увидеть незнакомку, да так, что заломило в висках и заныло в груди.

Немного потолкавшись, Сергей сместился влево, и теперь уже без помех взглянул на девушку через плечо плотного мужчины, и сердце его забилось еще учащеннее. Несколько месяцев назад вот также он ехал себе на работу, и точно так же на этом же самом месте сидела девушка с пышной прической, словно только что приехала с конкурса красоты и глаза ее так и сияли. А когда в тот раз она заметила пристальный взгляд Сергея, то вдруг смутилась и просидела как на иголках, очаровывая своим волнующим смущением. Она тогда вышла первой. А он по дороге на работу вдруг с огромной тоской пожалел, что не заговорил с ней. В следующие дни он долго высматривал девушек на остановке, все надеясь на чудо, кляня себя за тот упущенный шанс. Две недели он добросовестно приходил раньше обычного, две недели он прохаживался по вагонам состава, внимательно оглядывая прохожих и выходя на ее остановке. Стоял там некоторое время, рассматривая выходящих девушек из поездов. Но все было безрезультатно – мимолетное видение – мелькнуло и пропало. Осталось только щемящее воспоминание, да и то оно со временем поутихло, и образ девушки с пышной копной волос стал забываться, – в памяти остались только те чувства, которые он испытывал, глядя на ее чистое и нежное лицо, ее робкое смущение и ее опущенные глаза…

Ну хорошо, подумал он, решительно прогоняя нахлынувшие воспоминания, вот встану поудобнее и буду нагло рассматривать девушку. Во-первых, хоть получше разгляжу ее на этот раз, а во-вторых, ей это наверняка не понравится и она скажет мне что-нибудь грубое, и тот ореол красоты и дурацкого восхищения сразу же улетучиться, ее привлекательность померкнет и я выйду на своей остановке с чистым сердцем и спокойной душой, и еще не дойдя до дверей своего отдела я уже наверняка забуду эту глупую историю и свое ненормальное состояние, и не буду неделями потом мучаться и как дурак торчать на остановках и бегать по вагонам, разыскивая ее.