А что творится внизу — это уже не их забота, а головная боль верховного командования и лично господина ранг-адмирала Раскина со всей его сворой хераскиных, пониже рангами и поменьше звездами! Тем более, что все знают — десант на восемьдесят процентов состоит из штрафных батальонов и рот, а этих — чего жалеть? Этим, мол, вообще, великое счастье сдохнуть за демократию метрополии, а также за Конгресс и лично госпожу Президента, гарантессу конституционных свобод всех жителей Соединенных Демократических Штатов Земли и колоний…

Мы, штрафники, слава богу, не видели начала операции, в наших отсеках внешнего видео не полагалось. Упакованные в устаревшие «Крабы-2» (бронекостюмы тяжелого типа с автономным жизнеобеспечением), зажатые в гнездах-катапультах, как перезревшие семечки в тесноте подсолнуха, мы терпеливо ждали своей очереди «кровью искупить вину перед Родиной». Эта фразочка, выкопанная из какой-то архаики Отделом патриотического воспитания УОС (Управления Общественного Согласия), тоже, в общем, звучала довольно цинично, как сразу подметил наш разношерстный «контингент».

А чего вы хотите? При поражении, например плазменно-разрывной пулей, крови от человека остается ровно столько, чтобы слить ее в ладошку, сложенную ковшиком.

«Как там, хватит для искупления или лучше заранее пошерстить по соседям на предмет лишних капель?» — невесело ехидничали уголовники и на этот раз были правы. Не в бровь бритвой, а в глаз с размаху…

Вот когда самонаводящиеся лазеры берут в математически выверенные перекрестья десантные подразделения и начинают методично половинить бронепехотинцев дозированными пульсациями — тут кровищи хватает с избытком. Сам наблюдал — хлещет она, вода жизни, как на семинаре мясников-разделочников, наводя на мысли о видовой гордости за полнокровие всего человечества!

Что характерно, перерезанные пополам тоже успевают насладиться видом собственной расчлененности.