— Уничтожь их! — сухо, сквозь зубы прорычал он.

Пилот не ответил, лишь слегка кивнул. Он провел пальцами по боковой панели, коснулся мерцающих холодным янтарем клавиш. Раздался тихий щелчок, и каждый из нас смог увидеть на большом экране у пилота, как из отверстия, образовавшегося на нижней части корпуса катера, вылетело два небольших шара. Бомбы?! Вспомнилось тут же, как еще несколько дней назад я на своем «горбатом» Ил-2 утюжил позиции фашистов. Наши бомбы весили около пятидесяти килограммов каждая, и после сброса сразу ощущалась значительная потеря веса. Эти же выглядели слишком малыми, чтобы причинить тварям значительный ущерб. Но опасения мои были напрасными.

Мы вылетали через шлюзы наружу и были уже, как мне казалось, на безопасном расстоянии, когда внизу раздался оглушительный грохот. Взрывная волна настигла нас, катер сильно тряхнуло. Огромный столб ревущего огня взметнулся вверх, обдав корпус летательного аппарата языками пламени и заставив нас вжаться в сиденья.

Кто бы мог подумать, что два таких маленьких шара наделают столько шороху! Эти бомбы оказались чертовски мощными для своего размера. Не приходилось сомневаться, что внутри ангара не осталось ни одного живого существа. Находившиеся в нем и в прилегающих тоннелях чужаки хорошенько поджарились.

Катер набирал скорость. Но если мы надеялись, что вырвались, наконец, на свободу и опасность миновала, то серьезно ошиблись. Многое я повидал во время войны, но то, что творилось в небе сейчас, походило на конец света, и иначе это никак нельзя было назвать. Мы попали в настоящий ад!

Землю, насколько хватало глаз, застилали плотные черные клубы дыма, поднимавшиеся от горящих строений разрушенного города. А небо, казавшееся снизу через шлюзы ангара голубым, на самом деле таковым не было. Его испещряли всполохи разорвавшихся снарядов и дымные следы трассеров. Страшное, исполосованное войной небо.

Несколько сотен летательных аппаратов, некоторые побольше, другие поменьше, на невероятных скоростях рассекали воздух.