Вождь поднялся и тяжелой походкой подошел к окну. Под ногами заскрипели паркетины, и этот звук отчего-то напомнил ему звук фанфар.

Как все начиналось!

Части Рурской Красной Армии ударами из Эссена и Дюссельдорфа взяли Мюльгейм, Дуйсбург и Хамборн, форсировали Рейн-Херне-канал… Капп бежал в Швецию… А сколько средств ушло в Германию! Сколько сил! И все зря… Хотя нет… Почему зря? Не зря. Поражения оттачивают тактику революций! Зато теперь ясно, что одних профессиональных революционеров недостаточно, чтоб восстание стало победоносным. Сколько ни бросай туда людей, этого окажется недостаточно, если… Вот именно «если»!

Все-таки что бы там Келлог ни говорил в Локарно, а ничего не изменится, пока мир не станет целиком коммунистическим. А все, что говорится, – пустые словеса. Так, дипломатическая завеса для дураков…

Война грядет, приближается. И это будет Большая Война, побольше той, что случилась в 14-м году. И деваться некуда – СССР в нее втянут помимо его воли.

А чтобы выжить и победить в этой войне, уже мало только умело махать клинком. Нужно иметь что-нибудь еще…

Может быть, то, что написано в этой папке, и есть то самое «еще»? Может быть…

Он все же закурил и после первой затяжки стал смотреть на алый кончик папиросы.

То, что может дать Мировой Революции профессор Иоффе, стоит дорогого. Это сила! Только уж очень неповоротливая сила.

А ведь Революция должна не только защищаться, она должна вперед идти! А может быть, даже не идти, а лететь?

Постояв у открытой форточки, он вернулся к столу и снова взял в руки Ленинградскую папку. Та раскрылась на отчете, и взгляд остановился на вчера еще прочитанном и очерченном абзаце. «Проведение эксперимента показывает возможность передачи лучами профессора Иоффе энергии без рассеивания ее в окружающем пространстве и мировом эфире на значительные расстояния».