— Капитан Тышковский, у вас на борту силовики есть? — прозвучал голос, синтезированный бортовым компьютером.

— Да, сотня атамана Лисина, но это не десант, а казаки, — ответил Виталий.

— Как раз то, что нужно, — прозвучал искаженный синтезатором речи голос, — я — командир инженерно-спасательного корпуса 62-го патрульного флота капитан-лейтенант Вебер. «Фуэте» поступает в распоряжение оперативного командования.

— Слушаю, — встревожено ответил Виталий, — Чрезвычайная ситуация?

— Корпоративный конфликт, — сухо констатировал капитан-лейтенант, — с подробностями будете знакомиться самостоятельно. Положение непростое, конфликт разрастается, и в его зоне оказалось уже восемь планет.

Бортовой компьютер непрерывно принимал всё новые и новые кадры информации и голос офицера, с которым разговаривал Тышковский, становился с каждой фразой более естественным, теряя сухие металлические нотки. Голосовых метрик собеседника теперь вполне хватало, чтобы не прибегать к замещениям звука голоса.

— Вашим людям нужно будет взять под охрану губернатора одной из планет в зоне конфликта, вместе с командой, — продолжил Вебер. — Все подробности, координаты, данные для нуль-Т прыжка сейчас поступят к вам на борт.

— Разрешите выполнять? — неожиданно для себя, отозвался Виталий по-военному.

— Капитан Тышковский, запомните, обе стороны конфликта — преступники. А губернатор и его команда, в сложившейся ситуации — ненужные свидетели. Прошу вас, не теряйте времени, — объявил Вебер и прервал сеанс связи.

Тышковский отключил просмотр телеметрии и перенёс на освободившийся экран все внутрикорабельные функции, оставив оперативную карту флота перед собой. Затем включил связь с членами экипажа и звуковую трансляцию по всему борту.

— Внимание, боевая тревога на борту! Звездолёт поступает в распоряжение оперативного командования патрульных флотов. Всем, кто находится за пределами корабля, срочно вернуться на борт! Атамана Лисина, прошу явится в рубку.