— А откуда вы знаете, что объём вашей будущей работы мал? — спросил Камов.

Я почувствовал, что краснею.

— Мне кажется…

— А пусть вам не кажется, — перебил Камов. — Ваша задача очень ответственна. Изучение тех снимков, которые вы сделаете, очень важно для науки и наши учёные дадут вам обширное задание. В свободное время вы будете помогать мне в управлении кораблём.

Я посмотрел на него с изумлением. — Не удивляйтесь! — улыбнулся Камов. — Это не так страшно. Управление космическим кораблём в полёте не сложно. Другое дело — подъём, спуск или полёт вблизи крупных планет. В этих случаях дело усложняется. Наша «рулевая рубка», если можно так её назвать, оборудована замечательными приборами. Вы с ними освоитесь в первые же дни полёта. — Сколько времени продлится экспедиция?

— А как вы думаете?

Я полагаю, что года два или три.

Камов засмеялся.

— Техника ракетостроения, — сказал он, — развивается быстро. Если полёты к Луне заняли у нас — первый два, а второй один день, то с тех пор мы далеко шагнули вперёд. Вся экспедиция рассчитана на двести двадцать пять дней, то есть на семь с половиной месяцев.

— Так мало!..

— За эти семь с половиной месяцев, — продолжал Камов, — мы пролетим расстояние, немного большее чем полмиллиарда километров. Средняя скорость корабля вставит сто две тысячи шестьсот километров и час.

— Это как в сказке!

Камов покачал головой.

— Эта скорость не так велика, как вам кажется, — сказал он. Техника идёт по пути достижения скоростей, достаточных для свободного полёта на любую планету, не считаясь ни с какими сроками, а наш корабль вынужден строго придерживаться графика, так как его скорость меньше, чем скорость Земли по её орбите. Догнать Землю мы не смогли бы.

— Мне кажется, что и сто две тысячи шестьсот километров чудовищно много. Вы в три часа будете около Луны. Через две секунды ваш корабль будет невидим с Земли.