Что теперь вспоминать. Я нервно ковырнул землю носком ботинка – вероятно, не гожусь для таких дел.

Дима задумчиво почесал затылок.

Было отчего задуматься. Бросать сейчас Ваську одного – тоже свинство.

Я заглянул в пролом в заборе – крапива вздохнула на ветру и ласково потянулась к моему лицу. Я раздраженно отпихнул рукавом жгучие «ладони». Сорняк обиженно зашелестел. Триффид недоделанный…

Я сплюнул в темноту: будь что будет! Васька, паршивец этакий, уже не оставил нам выбора.

– Димыч? Ты идешь?

Он пробурчал что-то невнятное. Природное благоразумие боролось в нем с товарищеским долгом.

Я не стал его ожидать. Проламывая крапивные заросли, я вступил в таинственный мрак по ту сторону забора. И тут же пожалел, что фонарик остался у Димы.

Земля ушла из под ног.

Холодея, я провалился в неведомую бездну.

Ай!

У бездны оказалось неожиданно близкое и твердое дно, на которое я с воплями приземлился. Потирая ушибленное колено, завертел головой по сторонам.

Бесполезно. Тьма вокруг казалась осязаемо густой и… кто-то или что-то неотвратимо надвигалось, должно быть привлеченное шумом падения.

Где же Димыч со своим фонариком?!

А черный силуэт – совсем рядом. Нависает на фоне звезд. Он кажется огромным. Ближе… Еще ближе…

– Дима! – отчаянно заорал я.

Спустя мгновенье, откуда-то сверху желтоватый луч озарил зловещую фигуру.

– Чего орешь, балбес? – при ближайшем рассмотрении «фигура» удивительно похожа на Ваську. И даже голос его:

– Лёха, ты ж нам всю конспирацию поломаешь!