— Но зачем Рашели понадобился пульт с французским интерфейсом?

Рита пожала плечами:

— Может, это её родной язык. В некоторых отдалённых районах материка люди всё ещё разговаривают на хинди, бенгальском или тамильском. Возможно, где-то проживает и небольшая община франкофонов. Ведь во время войны Махаварша дала приют нескольким миллионам беженцев с других планет. Большинство их обосновалось на островах Полуденного архипелага.

— В том числе и мои предки по отцовской линии, — сказал я. — Однако потомки переселенцев ассимилировали уже в следующем поколении. Я никогда не слышал, чтобы у нас на островах существовали какие-то отдельные национальные группы.

— Я тоже не слышала. Но как бы то ни было, а пульт существует. И кроме того: имя Рашель — через «ш» и мягкое «ль» — это французское произношение привычного нам имени Рейчел.

На лестнице послышались шаги, и к нам спустился профессор Агаттияр. Он старался держаться спокойно и непринуждённо, однако лихорадочный блеск его глаз выдавал сильное волнение.

Рита тут же вскочила и бросилась ему навстречу.

— Папа, мы нашли кое-что интересное. Смотри, этот пульт использует французский язык. — Она продемонстрировала свои слова нажатием кнопки «APL», а потом вкратце повторила то, что перед тем говорила мне о возможном происхождении Рашели.

Выслушав дочку, Агаттияр рассеянно кивнул и торопливо забрал у неё пульт.

— Всё верно, Рита. На острове Джерси действительно проживает небольшая франкоязычная община. А Рашель — внучка одного моего друга молодости, мы с ним вместе учились в университете. На том диске, кроме всего прочего, я нашёл её семейный альбом. Я ещё не знаю, что привело её ко мне, но… Впрочем, поговорим об этом позже. — Нетерпеливым жестом он предупредил возможные расспросы дочери и повернулся ко мне: — Теперь всё прояснилось, мистер Матусевич. Большое спасибо, что позаботились о Рашели. Кстати, сколько она вам должна? Я компенсирую все ваши расходы.