— Сдал? Че так долго? — встречали меня вопросы товарищей по учебе. Я не ответил. Минуя стайки кадетов, двери учебных классов и служебных помещений, я вышел к своему любимому месту в Академии. Многоуровневому залу с палубой, украшенной гербом нашего заведения и стенами из прозрачного плексигласа. Я стоял, прислонившись лбом к стене и любовался открывшейся панорамой.

Я смотрел на громадину планеты, на орбите вокруг которой располагалась наша Академия и думал о родителях. Как они удивились, когда я, сразу после выпускного вечера в школе, подал документы сюда, а не в какой-нибудь «нормальный» ВУЗ. Бедные, они до последнего верили, что мечты о космосе — моя детская блажь, и не более; что я, движимый этой блажью, с отличием закончив школу, возмечтаю пополнить ряды «офисного планктона», а в лучшем случае — заиметь непонятную, малополезную, но востребованную профессию с опять же непонятным названием. А сколько было удивления и огорчения, когда родители узнали, что я зачислен. Словно на фронт меня провожали, а не навстречу моей мечте. И я догадываюсь, почему.

Я смотрел на черную пустоту, нарушаемую мертвенным светом множества точек и вспоминал фразу, сказанную моей первой училке ее бывшим мужем, пиратским капитаном. Тогда я просто не понял ее до конца. Звезды любят сильных. А где этих сильных взять, скажите на милость? Только из нас, таких же как я, желторотых мечтателей. В следующем семестре нас ждут первые невиртуальные вылеты. Хватило бы силы у нас!

ГЛАВА ПЯТАЯ

Время было дорого. Ведь полицейских, спаливших меня, я не убил, оглушил только. С другой стороны, беготней по непустующему коридору, я бы привлек к себе внимание. Так, что, предпочел компромиссный вариант, то есть, быстрым шагом добрался до лифта и нажал кнопку последнего этажа. Ангара, то бишь.

Лифт не шумел, не выдавал свое движение ничем, кроме изменяющегося номера этажа на маленьком экранчике, однако, вскоре я заметил, что именно этот показатель перестал изменяться.