— Нет! — забилась в истерике девушка. — Нет!

— Уведите, — поморщился Самос.

Стражники поволокли ее к выходу.

— Подождите! — закричала она, пытаясь вырваться из цепких рук охранников.

Самос поднял руку. Стражники остановились.

— Как называется это место? — спросила девушка, глядя на нас дикими глазами.

— Гор, — ответил я.

— Не может быть! — воскликнула она. — Такой планеты не существует. Гор — это страшная сказка.

Я улыбнулся. Девчонка в ужасе оглянулась на стоящих у дверей воинов. Потом застонала, ощутив на шее железное кольцо.

— Нет! — разрыдалась она. — Что угодно, только не быть женщиной на Горе!

Я пожал плечами.

— Вы же пошутили, правда? — с надеждой в голосе спросила она.

— Нет.

— На каком языке здесь говорят?

— А как ты думаешь?

— Неужели на горианском? — со страхом пролепетала она. — И мне придется его учить?

— Причем очень быстро, — сказал я. — Гориане не отличаются терпением.

— Горианский язык… — начала она.

— Это язык твоих хозяев. Ты еще не поняла, что стала рабыней?

— Нет! — закричала она. — Нет! Нет!

— Уведите, — раздраженно махнул рукой Самос и уставился на ленту, которой были перехвачены светлые волосы землянки.

Вопли блондинки неожиданно стихли. Очевидно, кто-то из стражников хорошенько ее двинул. Рабыням редко разрешается кричать. Как правило, это не возбраняется только во время клеймения.

Я постарался выбросить эту девчонку из головы. В конце концов, она всего лишь рабыня. Ее история свободной женщины закончилась. Началась история красивой невольницы.

Самос задумчиво смотрел на снятую с древка ленту. Теперь она ничем не походила на тайное послание. Обыкновенная лента для волос с причудливым и непонятным узором.