- Вон того зовут Адамсом, - показывала Галя Иваненко. - А вон того - с розовым капюшончиком - мы Дидимом назвали. Видишь, как он недоверчиво зелень обнюхивает?

- А по-моему, они все одинаковы, - искренне сказал Феликс.

- Ой, ну что ты! - почти обиделась Галя. - Ты только повнимательней к ним приглядись. У Адамса каемочка на капюшончике широкая, а у Дидима видишь, какая впадинка сзади? И мордочки у них совершенно разные, как лица у людей.

- Мордочки... - только и пробормотал Феликс. Увидь такую мордочку во сне, месяц спать не будешь.

Они шли по дорожке к корпусу Биоцентра, и мимикродоны медленно провожали их взглядами, не переставая меланхолично жевать.

- Ты знаешь, Феликс, - похвасталась Галя, - они даже яички здесь неподалеку откладывать стали.

- Я и смотрю, - согласился следопыт. - Раньше мне казалось, что они только большими и бывают, а здесь вот и маленькие попадаются.

Галя весело засмеялась.

- А маленькие прямо как дети, - сказала она. - Их даже огурцы собирать можно научить. Только они что сорвут, сразу в рот тянут.

"Детишки, - с чувством подумал Рыбкин. - Маленькие детишки. Кошмары из больных снов. Зря мы их приручаем. Жили они тысячи лет без людей и еще тысячу прожили бы. Но это же природа человеческая. Мы ведь все, что встречаем на своем пути, стараемся как-то освоить. Растительность окультурить, животных приручить, а во всем остальном обязательно ищем источник энергии". Но тут же сам устыдился своих мыслей. А как тогда было назвать то, чем занимался он сам?

- А это наш Санька, - сказала Галя. - Ты только посмотри на него, он ведь такой уморительный.

Навстречу им ковылял маленький мимикродон. Рыбкин сам был невысоким, а ящер ему едва до пояса доставал. Капюшон у мимикродона висел складками, был ящер нежно-голубого цвета и в маленькой лапке держал длинный зеленый огурец, от которого он важно, но с видимым удовольствием откусывал.