– Доминус Луций? – удивился Дивициак. – А где отец пресвитер?..

– Преподобный Марк не смог прийти, но, я думаю, его присутствие не обязательно.

Грабитель могил унял нахлынувший страх.

В конце концов, колдун всего один, а на крайний случай у Симеона в кармане – девятизарядный ау‑накский «Шочикецаль». Дрянь ствол, но с десяти шагов делает в человеке дырку будь здоров какую.

– Ты принес?

– Вот, – Симеон показал сосуд. – Это все.

– Это все? – Гримаса разочарования проступила на лице мага.

– Да. И золота там тоже, кстати, не было.

– Мне приходится поверить тебе на слово, – бросил Вер. – Надеюсь, у тебя хватило ума не загнать Браслет Кали или Ожерелье Онгуна какому‑нибудь ливийскому шаману. Ладно, давай его сюда.

– Мои ауро, – сухо напомнил Дивициак.

С презрительным равнодушием Корнелий вытащил из‑за пазухи бесформенного плаща пачку пятисотенных банкнот.

– Ну что, в банк, надеюсь, проверять их не потащишь? Хотя постой… – Он вынул опять‑таки из‑за пазухи какой‑то предмет. – Приложи‑ка, друг мой, это к сосуду. Посмотрим, что ты мне принес.

– Извините, уважаемый Корнелий, но что‑то опасаюсь я к вам подходить.

– Ладно, лови…

Подобрав брошенный ему предмет – вырезанную из кости (уж неизвестно чьей) фигурку змеи, могильный вор прикоснулся ею к своей находке. И воздух вокруг чуть засветился.

– Отлично, – улыбнулся Вер. – Остается закончить это дело.

В то же мгновение позади Симеона возник крепкого сложения темнокожий мужчина в старом пятнистом мундире – обычной форме разнообразных африканских армий.

На висках Дивициака сомкнулись стальные пальцы и без всяких усилий подняли его над полом. Жертва взвизгнула, предугадав свою участь. Здоровяк резко рванул голову несчастного вверх и влево, тело разорителя гробниц дернулось в конвульсиях и обмякло. Все было кончено.