Одержав победу, животновод Борька почил на лаврах. Он отдыхал на завалинке перед усадьбой, пил виски и кормил с рук старенького, но прожорливого ворона Моисея. Ворон Моисей по-прежнему любил рассказывать животным сказки о Леденцовых Горах, в которые попадают все звери после смерти. Моисей считался верным сторонником кабана Борьки, но когда Борька засыпал, ворон улетал покормиться и к другим кабанам (особенно его привечал начальник большого гумна хряк Лужок), а потом летел в гости к бесхвостому псу Решке.

Управлять фермой животновод Борька поручил своему новому советнику гусаку Гургулису. Гусак Гургулис познакомил Борьку с целой стаей молодых и очень умных гусей. Самыми умными был два друга-гусака - жирный кругленький гусь Гай-Гар и рыжий гусь Га-Гайс. Жирный гусь Гай-Гар объяснил Борьке, что вековая мечта зверей - то есть поголовная гуманизация - осуществляется просто. Для этого нужно только убедить всех свиней встать на задние ножки, а за ними и остальные животные сделают то же самое. Чтобы свиньи не упрямились, нужно дать свиньям право свободного кормления - то есть право съедать все, что им попадется на глаза и понравится.

А чтобы другие животные не возмущались, им тоже нужно дать права, такие же, как на соседних фермах: каждому псу - право на собственную конуру, цепь и большую железную миску, каждому гусю - право гоготать везде и сколько угодно, каждой лошади - право на собственное седло, каждой овце - право на свои ножницы для стрижки овец и т.д. Каждому животному будет выдано свидетельство о том, что у него есть это право.

Рыжий гусь Га-Гайс предложил, чтобы такими свидетельствами стали кленовые листики с написанными на них какими-нибудь хорошими словами. Кроме того, эти кленовые листики можно будет временно использовать вместо одежды. Как известно, двуногие тоже не сразу стали носить джинсы и фраки - начинали они с фиговых листиков. У рыжего Га-Гайса сразу появилось много поклонниц кур, уток, пожилых гусынь и овечек. Даже неистовая гусыня Калерия признала мудрость рыжего Га-Гайса. Она помягчела к кабанам прямоходящим и обвиняла в свинстве тех гусей, которые сомневались во врожденном благородстве и человечности Га-Гайса.