Что делает нормальный мужчина, увидев чужого ребёнка в опасности? Кидается на помощь, невзирая на опасность для себя. Весьма вероятно, такая форма поведения является врождённой, инстинктивно предопределённой. (Реплика в сторону: некоторые читатели, увидев утверждения, что человек - животное и многие особенности его поведения обусловлены эволюционно, считают, что такое поведение должно быть "скотским", аморальным. К счастью, многие наши "животно" предопределённые формы поведения неплохо согласуются с требованиями морали). Кажется, для объяснения такого альтруизма нужен групповой отбор.

Тут есть одна сложность. Как мне кажется, сложнее объяснить не то, почему возникают группы, состоящие из альтруистов, а то, почему эти группы не разрушаются эгоистами. Представьте себе: в группе, где все особи помогают друг другу, преимущество может получить та из них, которая будет принимать помощь, не оказывая её взамен. Такие особи могут оставлять больше потомков, чем альтруисты, и вытеснять их со временем! Почему же альтруисты не перевелись?

Один ответов на этот вопрос связан с парадоксом Симпсона. Я узнал о нём из

Парадокс Симпсона: в каждой из трёх субпопуляций доля альтруистов (показана зелёными секторами) сокращается, а в целом она растёт. Причина - в ускоренном росте тех субпопуляций, где выше доля альтруистов

Авторы статьи, которую пересказывает Марков, показали действие парадокса Симпсона на культурах бактерий. Они выращивали смесь из двух штаммов. Одни (альтруисты) производили вещество, включающее механизм защиты от антибиотика, другие (эгоисты) - нет. При обитании с "альтруистами" "эгоисты" пользовались веществом, произведённым эгоистами. Колонии, где было много альтруистов, росли быстрее. Хотя в каждой из них доля альтруистов сокращалась, в целом для популяции она росла. Красиво, правда?

Чтобы рассказывать студентам о парадоксе Симпсона более убедительно, я сделал иллюстрирующую его модель в Excel. Скачать её можно