Игорь Игоревич и самый скандально известный российский олигарх. Ничего особенного, одеты как бедуины, беседуют, пьют шампанское на фоне новенького, совершенно целого, блестящего свежей позолотой Большого Египетского Сфинкса. Пирамид ещё нету. Олигарх — едва по плечо Большому Дядьке.

Портрет Патриарха Всея Руси с личным автографом.

Портрет Папы Римского с личным автографом.

Прямо над ними — портрет Филиппа Капралова; тоже с личным автографом.

Это, разумеется, шутка. На самом деле мой портрет располагается у Тараканова на столе. Снимок общий, редакция "Взгляда сверху" в полном составе. Все стоят, кроме меня. Я возлежу у Милочкиных ног, опершись на локоть, и глаза у меня мечтательные.

— …Возобновить наше сотрудничество? Да со всем возможным энтузиазмом! — заверил я Игоря Игоревича. — Что требуется на этот раз?

— Хм. — Тараканов наморщил лоб. — Для начала прочесть небольшую рукопись, которую я вам сейчас вручу… вот, держите… а также попытаться устроиться в одну из организаций, список которых я вам предоставлю. Только в одну, на ваш вкус. Загляните, полюбопытствуйте, не нужен ли работник. Примутся гнать или ещё как проявлять негативное к вам отношение — уходите немедля. По прочим адресам более не суйтесь. Начнут интересоваться, какими ветрами вас к их берегам прибило, скажите, по объявлению, дескать, в газете…

— И по велению сердца и потому ещё, что кушать хочется, а на месте прежней работы вежливо попросили погулять до особого распоряжения… Не извольте сомневаться, наплету с три короба, — заверил я его, но на всякий пожарный уточнил: — А объявления точно были?