Линах был непоколебим. Покачал головой с железной убежденностью:

- Можно, я понаблюдаю за прокачкой?

Семф тяжело вздохнул. Все. Проиграл.

- Да. Конечно. Понаблюдай.

Янтарное вещество со своей безмолвной ношей начало приподыматься. Достигло уровня, где висели двое мужчин, и плавно проскользнуло меж ними. Оба поплыли вслед за гладким контейнером с упакованным в нем семиглавым драконом. Казалось, Семф хочет что-то добавить. Но добавить уже ничего не оставалось.

Тут янтарная кристаллоидная люлька стала испаряться прямо на глазах и вскоре исчезла. Тела двух мужчин тоже потеряли материальность и, похоже, последовали за люлькой невесть куда. Проявились они в дренажной камере. Лучистый помост пустовал. Янтарная люлька беззвучно опустилась в самый центр, и темно-желтое вещество стало как бы растекаться, исчезая и раскрывая дракона.

Маньяк тут же отчаянно попытался задергаться и приподняться. Но депрессанты одолевали его помешательство. Да, дракона по-прежнему снедали бешенство, буйство, черная ненависть. Но двинуться с места маньяк не мог. Все, на что он пока был способен, - сохранять форму тела.

Семф повернул полоску на левом запястье. Внутри полоска засветилась темно-золотым. В камере зашипел воздух, яростно спеша заполнить собой вакуум. Лучистый помост испускал теперь серебристое свечение, что исходило, казалось, из самого воздуха - из неведомого источника. Серебристое свечение омыло дракона - и семь громадных пастей разом распахнулись, обнажая смертоносные полукольца клыков. Потом глаза страдальчески прикрылись двойными веками.

Во всех семи головах металась чудовищная боль. Невыносимая пульсация постепенно превращалась в дерганье острозубой пасти за каждый нерв, миллионы клыков впивались в каждую клеточку огромного тела. На сами мозги что-то давило, придавливало их к черепу, сжимало клещами - а потом продуло, промыло, прочистило.