Точно. Прямо за ним – узкая промоина, по которой можно забраться без крючьев и вообще без особых усилий.

Кто-то мелкий и пакостный на миг выскакивает из глубин мозга и, исчезая, дико хохочет.

…Да, отличная идея! А вот и подходящий камень.

Двое преследователей размазаны по стенам промоины, один катится вниз, и еще двое дико матерятся внизу, а валун, который я слегка подтолкнул, как раз вкатывает в землю еще одного.

А где же десятый?

ЧЕРТ!!!

Мы стоим лицом к лицу, на скале, автоматы смотрят друг другу в ствол, и выхода нет, потому что курки нажать успеем оба, а ему достаточно просто подождать, пока подойдут собачники, или спикирует «птичка», а лицо его расплывается в слегка дебильной ухмылке, и тогда дед – крепкий старик со странным тяжелым взглядом берет мое тело и ласково так, почти нежно бормочет:

– Спи! Спи, сынок, ты устал, тебе тяжело, полежи, поспи, отдохни, у тебя за спиной мягкая трава, ложись…

За спиной у него – пропасть.

Сотни лет назад деда сожгли на костре. За колдовство.

И правильно сделали. С большим трудом мне удалось выжать его из сознания.

А вот и собачки.

Что такое автомат – они знают. Знают! Не знают только, что магазин пуст, как не знал и тот солдатик. Коззззел…

Приехали.

Среди шеренги моих прямых предков – здоровенный мохнатый обезьян – двухметрового роста, сильный, ловкий… правда, весьма тупой. Но в данном случае это неважно.

Мой мозг, наверное, кажется ему баллистическим компьютером. Еще бы

– стопроцентное попадание. Два камня из двух. Два черепа из трех. Собачьих, конечно.

А ведь когда он родился, собак еще не было.

Третий пес с диким ревом взлетает из-за пригорка, и пасть его светит красным жаром, как домна, и что делать я не знаю…

– Черт возьми, парень, не путайся по ногами! Смотри – псы думают, что главное оружие человека – руки. Одна отвлекает, другая хватает и душит. Понял? Обмани его!