- Если вы допустите ее до них, - негромко сказал я ему, - то она там размолотит кое-кого в щепки, прежде чем мы успеем ее отвести.

- Да разве же я ее не знаю? - крикнул он мне в ответ и в ярости топнул ногой.

Он достал свисток, чтобы приказать злосчастному буксиру немедленно снова дать передний ход. Он свистел изо всех сил и махал левой рукой, и вскоре мы увидели, что буксир опять запустил машину. Плицы его вспенили воду, но он словно тянул за собою скалу; "Семья Эпс" не сдвинулась за ним ни на дюйм. Лоцман свистнул еще раз и еще раз махнул левой рукой. Колеса буксира закрутились быстрее, еще быстрее, взбивая пену под самым нашим носом.

Мгновенье казалось, будто судно и буксир зависли на месте в окружении суетливых парусников. Но потом огромная сила, которую проклятая неумолимая Зверюга прилагала при всяком своем действии, вырвала у нее с мясом всю киповую планку. Буксирный трос взвился вверх, разбивая, точно палочки сургуча, железные стойки носового ограждения. И тут только я заметил, что Мэгги, чтобы мы не загораживали ей вид, вскарабкалась на левый якорь, который плашмя лежал вверху на полубаке. Он был уложен по всем правилам, в два углубления из твердой древесины, но принайтовить его не хватило времени. Хотя, чтобы войти в док, он и так лежал надежно. И вот я увидел, что взметнувшийся трос сейчас захлестнет торчащую третью лапу якоря. Сердце у меня чуть не выскочило, но я все-таки крикнул: "Прыгай с якоря!" Только по имени окликнуть ее не успел. Я думаю, она меня вообще и не услышала.

При первом касании железного троса ее сбросило на палубу. Но она тут же проворно вскочила на ноги; да только вскочила не с той стороны. Я услышал страшный скрежет, якорь тяжело перекувырнулся и встал, как живой. Его свободная лапа, как огромная железная рука, обхватила Мэгги за талию, словно обняла и прижала в убийственном объятии, а затем якорь вместе с девушкой, лязгая, перевалил через борт и канул в воду. Послышались удары металла о металл, по корпусу судна пробежала дрожь - это сработал стопор на якорной цепи.