Тут мистер Стонор все с тем же каменным выражением лица вдруг сардонически рассмеялся. Это прозвучало очень внушительно, но в чем смех, я не понял. Смотрю на одного, на другого, вижу, незнакомец криво усмехается.

- А мистер Эпс пожимает ей обе руки, до того доволен, что она заступилась за его любимицу. Все Эпсы, вы знаете, и старый и малый, были без ума от этой коварной, вредоносной ...

- Прошу извинения, - перебил его я, поскольку рассказ свой он, похоже, адресовал мне одному. - Но, Бога ради, о ком вы говорите?

- О семье Эпс, - любезно ответил рассказчик.

Я чуть было не чертыхнулся. Но в этот миг в дверь просунула голову достойнейшая мисс Бланк и сообщила, что, если мистер Стонор хочет поспеть на одиннадцать ноль три, кэб ждет у порога.

Старший лоцман тут же воздвигся над креслом во всем своем величии и принялся с поистине сейсмическими усилиями напяливать пальто. Незнакомец и я, не раздумывая, подскочили на подмогу, и едва только мы принялись за дело, как могучий лоцман сделался покорен будто малое дитя. Мы старались, высоко задирали руки, тянули изо всех сил. Это было похоже на одевание послушного слона. "Спасибо, джентльмены", - произнес он наконец, пригнулся и второпях протиснулся в дверь.

Мы дружески переглянулись.

- Интересно, как он умудряется взойти по веревочному трапу на борт, сказал рассказчик.

А бедняга Джермин, который был только лоцманом Северного моря, то есть не имел официального статуса, одно название что лоцман, по своему обыкновению прокряхтел:

- Он получает по восемь сотен в год!

- А вы тоже моряк? - спросил я у незнакомца, возвратившегося на свое место у огня.

- Был в прежние времена, до того как женился два года назад, - ответил этот общительный господин. - И даже ходил вначале на том самом судне, про которое мы тут толковали, когда вы вошли.

- Про какое это судно вы толковали? - не понял я.