Он выжидательно посмотрел на Мари.

Мари молчала.

– Ну? – наконец не выдержал инструктор. – Разве ты не хочешь сказать: «А почему же эти ужасы не истребят?»

– Люди тоже иногда убивают людей, – ответила Мари, думая о чем-то другом. – Что ж теперь, всех людей перебить?

– Это должна была быть моя фраза! – возмутился Георг. – Да что ты за стажерка такая! Все новички, как узнают о летальных исходах, тут же требуют поголовного изничтожения кошмаров, одна ты… Кстати, – инструктор воззрился на часовую башню. – Два часа прошло… Или не прошло? Короче, ты задание выполнила?

Мари кивнула и положила на стол красную, как тревожный сигнал светофора, карточку.

Мультфильмы кончились. Конфеты тоже. Элен выключает телевизор, задирает голову к часам. Большая стрелка показывает влево, а маленькая немного не доползла до самого низа. Элен ставит к серванту стул, забирается на него. Поднимается на цыпочки, внимательно смотрит на ножницы. Ножницы неподвижны. Элен вздыхает, протягивает руку к вазе, держа ее подальше от ножниц.

Щелк!

Девочка отшатывается и чуть не падает со стула. Невидимая рука поднимает ножницы – щелк! щелк! – еще пару раз режет воздух и начинает проявляться. Рука похожа на куриную лапу.

Элен кричит, поворачивается, спрыгивает со стула, бежит через комнату, забирается с ногами на диван, крепко обнимает плюшевого слона, замолкает и только после поднимает глаза на полку.

Рядом с конфетной вазой на одной ноге стоит петух. Другой ногой он держит ножницы. Клюв у него с мелкими зубами. И этих клювов несколько. Три.

Петух, слегка покачиваясь, неотрывно смотрит на Элен. Элен смотрит на петуха, все крепче сжимая розового слона. Через какое-то время Элен осмеливается глянуть на часы. Большая стрелка вверху, маленькая внизу. Девочка переводит глаза на полку, и тут петух начинает говорить.

– Девочка, – произносит правый клюв.