Каррсбери, открыв рот, тупо уставился на него.
Фи повернулся и стал наблюдать за все увеличивающейся точкой одного приближающегося летательного аппарата.
- Ты тоже можешь посмотреть на него, - сказал он Каррсбери, - потому что он увез тебя к намного более счастливой жизни, в которой тебе будет гораздо спокойнее.
Каррсбери приоткрыл губы, облизнул их.
- Но... - сказал он дрогнувшим голосом. - Но...
Фи улыбнулся.
- Верно, я еще не закончил объяснение. Ну, ты мог бы всю свою жизнь оставаться правителем мира, изолировавшись в своем кабинете, среди многомильных полок, полных официальных сообщений, со своими случайными беседами со мной и другими, если бы не твой институт политического руководства и не долголетний план. Это меняет все дело. Конечно, мы были так же заинтересованы в них, как и в тебе. Мы видели заключающиеся в них возможности. Мы надеялись на удачу. Если бы это удалось, мы бы с радостью подали в отставку с наших постов. Но, к счастью, этого не пришлось делать. И это означало - скажем так - конец эксперимента.
Он заметил взгляд Каррсбери, направленный вниз.
- Нет, - сказал он, - мне очень жаль, но твои ученики не ждут тебя в конференц-зале на сотом этаже. Они все еще в институте, - в голосе его слышалось сочувствие. - И это... ну... институт стал другим.
Каррсбери стоял неподвижно. Он слегка пошатывался. Постепенно его мысли и сила воли возвращались из переживаемого наяву кошмара, который парализовал его. "ХИТРОСТИ ДУШЕВНОБОЛЬНОГО" - он пренебрег этим настойчивым предупреждением. Именно в мгновение победы...