Лигр поглядел на Лагина, дрожащего от холода, небритого, в последних чистых трусах и из жалости согласился.
– В хозяйственной пристройке должно еще остаться топливо, сейчас принесу, разожжем очаг, а то околеешь в самом начале своей истории.
– Спасибо, друг, спасибо, Фергана!
Лагин поспешил споласкивать лицо и одеваться, а лигр нехотя поплелся в сообщающуюся с домом хозяйственную постройку, заваленную всяческой ненужностью, среди которой он надеялся отыскать связки брикетного топлива.
Глава 2
В очаге трещало, разбрасывая зеленые искры, отсыревшее брикетное топливо. Лагин, в светло-сером свитере крупной вязки и черных штанах, старался держаться поближе к огню и маленькому столику с бутылкой сугриппы. Фергана сидел напротив и сверлил его тяжелым взглядом. Глотнув терпкой настойки, Лагин прочувствовал, как холодная сугриппа обжигает горло, откашлялся и начал:
– Не всегда я сидел дома и пил…
– Сложно представить!
– Фегана, если хочешь услышать историю, прошу тебя, не перебивай.
Переступив с лапы на лапу, лигр уселся поудобнее, демонстративно тяжело вздыхая и постукивая об пол кончиком хвоста.
– До того, как ты у меня появился, я работал аналитиком…
– Да-а-а? – изумился Фергана. – И что же ты анализировал? Прости, что снова перебил, но я могу представить тебя работающим кем угодно, чем угодно, но то, что ты способен функционировать, используя при этом голову, и в мыслях не мелькало!
– Очень зря, – усмехнулся Лагин, ничуть не обидевшись. – Довольно долго и успешно я функционировал, используя голову в закрытой аналитической группе, занимавшейся сменой власти. Мы разрабатывали варианты, просматривали возможные развития событий, выбирали самый бескровный и самый кровопролитный сценарий. После утверждения наша группа координировала его исполнение от начала до конца. На моей практике чрезвычайно редко осуществлялись кровопролитные варианты, в этом отчасти и моя заслуга была. Кстати, в нашей группе я был единственным землянином, а это кое-что да значит.