Тихое сырое утро путалось туманными полосками в поредевших малиновых кронах. Тропинка, ведущая от дома, заросла высокой ломкой травой. Лагин шел впереди, вытаптывая ее по мере возможности. Темно-зеленые стебли хрустели, истекая прозрачным соком и мигом белели, словно покрывались густым инеем. Помахивая хвостом, следом шел Фергана, он был молчалив и задумчив, лишь фыркал время от времени, когда травяной сок собирался на усах.

– Эй, Моуз-2, – рассерженно чихнул он, – прекрати топтать траву! Не самый лучший день формировать газоны! Скажи лучше, на медальоне твоем было написано «устранение и переворот». Про переворот я кое-где понял, теперь хотелось бы узнать насчет устранения. Что конкретно имелось в виду?

– Не думаю, что тебе будет интересно, – нехотя ответил он.

– А я вот уверен в обратном!

Они вышли на общую дорогу, ведущую к местному комплексу обеспечения. Пусть и небольшой, комплекс имел всё необходимое для нужд обитателей пяти десятков домов этого, со всех сторон закрытого лесным массивом, жилого сектора.

– Давай домой вернемся и расскажу.

– Ну, давай, давай…

Вскоре показалось полукруглое здание, снизу имевшее цвет травы, сверху – древесных крон. Оно меняло свой цвет при смене времен года, благодаря чему не особо выделялось на фоне окружающей природы. Лагин с Ферганой вошли в пустой гулкий зал, где в кресле за овальным столом как всегда дремала Манура. Поприветствовав и заодно разбудив её, Лагин принялся выкладывать на стол монеты:

– Так, это за воду, это подогрев, это за проживание, это за ток в ограде…

– Погодите, погодите, – Манура грузно привстала, глядя на Лагина утренним взглядом рассерженного лигра. – Всегда хотела спросить! Вот к чему, к чему вы тратите столько средств на ток в ограде? Живете на самом отдаленном, уединенном участке, кого вам опасаться? – Она оглядела его с ног до головы и добавила: – Да и кому вы нужны? Лучше б ему, – она кивнула на сидевшего чуть поодаль Фергану, – лишний раз еды купили!