– Вы что, сдурели в такую рань меня будить?! Да я после вчерашнего еле до кровати доползла!

– Тебя вызывает ректор. Ты ему зачем–то понадобилась, – пресекая все попытки поспать подольше, упрямо стягивал с меня одеяло оборотень, в то время как эльф пытался отобрать у меня подушку.

– Что? – от неожиданности я выпустила свой край подушки, который упорно тянула назад, и Даниэль полетел на пол, со всей силы впечатавшись спиной в обитую плющом стену.

– Ой, извини, я не специально! – покаянно посмотрела я на потирающего спину Дана.

– А ты всегда не специально, – пробурчал эльф, вставая.

Убедившись, что Дан не дуется, я повернулась к Рону:

– Так что там насчет Александрия?

При упоминании его имени оборотень как–то странно посмотрел на меня, но ответил:

– Ректор передал, чтобы ты зашла к нему как можно скорее – ему нужно с тобой что–то обсудить. Больше я ничего не знаю.

Хм, ну вот и отлично – заодно попробую напроситься в поездку. Ну там, мол, жуть как интересно, мешать не буду…

А так как благодаря связи хранителя я уловила резкое изменение его отношения ко мне – от простого интереса до вполне искренней привязанности и еще чего–то, то, думаю, уговорить его будет не так уж сложно.

Кстати, что интересно, это самое изменение произошло во время разговора о нежелании магистра истории со мной заниматься (и чем это я ему не понравилась, спрашивается?!). Но, попытавшись воспроизвести в памяти тот разговор, я не увидела ничего, что могло вызвать такую резкую перемену. Ладно, потом у него самого как–нибудь спрошу.

– Эй, ты еще здесь или уже где–то там? – пощелкал пальцами перед задумавшейся мною Рон.

– Я еще на полпути, – автоматически ответила, но потом очнулась. – А теперь марш отсюда, мне переодеться надо!