— Приходи ещё. — Он опять словно читал её мысли. — И если вам с мамой что-нибудь понадобится, обращайтесь ко мне, ладно?

— Ладно. Спасибо… Тони.

— Ciao! — отозвался он.

— Что это значит?

— Это по-итальянски «пока» или «всего хорошего», а ещё и «привет».

Али улыбнулась.

— Ciao! — повторила она и выбежала на дорогу.

Обернувшись на повороте, она увидела, что Тони так и стоит на обочине, и махнула ему рукой. Когда он помахал в ответ, девочка побежала дальше.

— И ещё он хромает, — рассказывала Али за ужином, — и говорит немножко забавно, как будто… ну, не знаю. Как будто он не очень грамотный.

— Али, это невежливо!

— Но ведь это правда! И я не собираюсь над ним смеяться. Он мне понравился.

— Смотри, не надоедай ему.

— Он приглашал нас на обед. Сказал, приготовит спагетти.

— Что же ещё? — рассмеялась Френки. Потом положила недоеденный гамбургер на тарелку и наклонилась к дочери. — Тебе не показалось, что он из тех… ну… что с ним будут неприятности?

— Заранее ведь никогда не знаешь.

— Али!

— Ладно, ладно! На вид он хороший. Кроме того, со мной моя верная дубинка.

— Да, но…

— И кроме того, я его обгоню в два счета! Френки покачала головой:

— Ты неисправима.

Они вместе вымыли посуду и провели вечер, расставляя и переставляя мебель в гостиной и столовой. К половине одиннадцатого у обеих слипались глаза.

— Спок-ночи, — пробормотала Али, шаркая ногами по направлению к спальне.

Френки взъерошила ей волосы и поцеловала в лоб.

— До завтра, детка.

«Кажется, все налаживается, — думала Френки, раздеваясь у себя в комнате. — Слава богу, кажется, все налаживается. Наконец-то нам начинает везти». Она пригляделась к ещё незнакомым теням в своей новой спальне, натянула на себя одеяло и уснула с улыбкой на лице.

Когда погас последний свет, в лесу за домом что-то шевельнулось. Человек? Он поднял голову, ловя запахи, принесённые ветром, и медленно прокрался к дому. Добравшись до крыльца, провёл пальцами по дверным доскам. Дверь тихонько заскрипела и подалась.