— Сегодня утром я услышала песенку, которую раньше никогда не слышала. Музыка разбудила меня, и я пошла ее искать.

Феи снова обменялись многозначительными взглядами.

— Изменилась! — решили они дружно. — Теперь она может играть с нами.

— Но как? — спросила Орб. Ей очень хотелось принять участие в их забавах.

Выход из затруднительного положения подсказала одна из фей:

— Где-то тут лежала автомобильная камера…

— Ой, здорово, и я смогу на ней плавать! — обрадовалась Орб. — Принеси мне ее!

Нимфа отрицательно покачала головой.

— Увы, я не могу, — сказала она с грустью.

— Почему?

— Мы не можем прикоснуться к вещам человечьих детей. Не можем их передвигать. Только смертным созданиям это позволено.

— Тогда скажи мне, где она лежит, и я сама достану!

— С удовольствием!

Фея провела ее чуть ниже по течению реки. Там на сухой ветке висела надутая автомобильная камера.

Орб зашла в воду — здесь было мелко, но ноги покалывало от холода — и потянула камеру к себе.

— Ой, она тяжелая! Ты не могла бы помочь?

— Вряд ли, — грустно промолвила фея. — Я действительно не могу дотронуться ни до нее, ни до тебя.

Она протянула руку, чтобы прикоснуться к Орб, однако девочка ничего не почувствовала. Рука феи прошла через нее насквозь.

— Ой, да ты призрак! — воскликнула Орб, не зная еще, радоваться ей или пугаться.

— Нет, я всего лишь фея. Я могу прикоснуться к естественным вещам, таким, как вода. Но не могу трогать неестественного — например, человечьих детей.

Орб решила, что пора представиться.

— Меня зовут Орб, — объявила она. — А ты кто?

— Я… — фея вдруг замолчала. — Вряд ли у меня есть имя. Я никогда не задумывалась об этом.

— Ой, как грустно! — сказала Орб. — Мне надо придумать тебе имя.

— А ты сумеешь? — спросила польщенная фея.