"Отстань!" - Она оттолкнула его, бросила в него коробку и побежала дальше.

И тогда Чарли, теперь уже это был он, догнал ее, схватил, повалил на землю. Чарли сжимал ее горло, пока ее руки не перестали молотить его. Чарли надел на ноги Нэн туфельки и танцевал с ней, ее голова слегка покачивалась у него на плече. Чарли уложил ее на землю, на правой ноге от оставил танцевальную туфельку, на левую снова надел кроссовку.

Прошло много времени. Чарли превратился в слабое воспоминание, в неясный образ, затаившийся где-то в глубине его сознания. Но вдруг, два года назад, Чарли снова начала напоминать ему о Нэн, о ее изящных ножках с высоким подъемом, ее тонких щиколотках, ее красоте и грации, когда она с ним танцевала...

"Тили-тили-тошки, танцуют резво ножки. Раз, два, три, четыре, пять постарайся их поймать. Десять поросят - десять пальчиков. - Так с ним играла мать, когда он был маленьким. - Первый на базар пошел, второй остался дома".

"Поиграем еще. Сколько пальчиков на ножках? Давай поиграем с каждым пальчиком", - приставал он к ней.

Мать так любила его! Потом она изменилась. Он как будто еще слышал ее голос. "Что это за журналы у тебя в комнате? Почему ты вытащил из шкафа мои выходные туфли? И это после всего, что мы для тебя сделали! Нам стыдно за тебя".

Когда Чарли снова появился два года назад, он приказал ему дать в газеты объявления о знакомствах. Много-много объявлений. Чарли сам продиктовал, что требовалось написать в том, особом.

И вот на его участке закопано семь девушек, у каждой на правой ноге танцевальная туфелька, а на левой - ее собственная туфля, или спортивная тапочка, или сапог...

Он умолял Чарли, чтобы тот разрешил ему остановиться. Он больше не хочет. Он говорил Чарли, что земля промерзла, - он не сможет их закопать, а держать тела в морозильнике опасно. Но Чарли кричал: "Я хочу, чтобы этих двух обнаружили. Я хочу, чтобы их обнаружили так же, как тогда Нэн".