– Ты к кому? - оглянувшись, удивленно спросил он.

– К вам, - запыхавшись, ответил я и сел на сундук напротив него.

– В чем дело? - спросил он, откладывая газету.

Васька принялся бодать головой его заскорузлую, как подошва, ладонь.

Я перевел дыхание и сообщил:

– Вы только не пугайтесь… У нас мужики решили денежный поезд ограбить…

– Так. Прикрой дверь и сядь за стол, - строго велел мне Лубянкин и прихлопнул окошко, пока я бегал.

– Какой денежный поезд? - спросил он, когда я вернулся и сел.

Я поскреб башку, соображая, как бы мне все это рассказать, и более-менее связно изложил все, что я слышал о поезде.

– Ну, - сурово согласился Лубянкин, - я еще давеча об этом знал.

– От кого? - опешил я.

– От кого надо, - строго отрезал Лубянкин.

«И он тоже от тетки Меркиной…» - разочарованно понял я. Яркий костер моей страсти подернулся пеплом сомнения.

– Так что за мужики там в банде? - профессионально начал выяснять Лубянкин. - Фамилии, номера цехов, явки?

– Колька Меркин…- неуверенно выдал я.- И все «меченые»…

– Есть улики?

– Они… - И тут я похолодел от внезапно нахлынувшего воспоминания. - Они… застрелили Поло-винкина!…

– Кого?! - шепотом завопил Лубянкин, выпучив на меня свои шары.

Клянусь, что если бы они грохнули Ниппеля или Огрейко, он бы спросил: «Чего?!.» А тут его поразила именно жертва, именно то, что это - По-ловинкин!

– Половинкина? - с искаженным лицом переспросил он.

– Ага, - обомлев, подтвердил я.

Лубянкин вскочил и забегал по комнате. Вдруг он остановился в дальнем углу, искоса глянул на меня и тихо спросил:

– Что, подловил, провокатор?

Я даже не понял, что он это мне говорит, и даже оглянулся по сторонам, а потом осторожно посмотрел в окно. И тут за сиренью в палисаднике я увидел, как по улице спокойно шагает убитый Половинкин в натуральном, так сказать, виде. Я повернулся обратно к Лубянкину, ничего не соображая.