Гусаров повернулся, глянув на запыхавшегося Герца потом на спелых возрастом баб, выжимавших стираное белье над куском полиэтилена.

– Извините, задница вышла. Нурса, конечно, неправильно занесло, – продолжил Герцев. – Дурак-человек, привык из себя корчить крутого мэна.

– И что теперь, ты типа послан миротворцем? – хмыкнул Асхат. – Так нас его заносы не колышут.

– Да я понимаю… Но без шуток, Ургин в натуре нужен. Очень! – последнее слово выкаталось из него тяжко, точно пушечное ядро.

– Ты, Илюш, с ними что ли? С Русиком, Басом? – полюбопытствовал сквозь прищур Сейф.

– Как бы да, – Герцев неохотно кивнул и сунул руки в карманы куртки, захрустев плотным, еще не обтрепанным нейлоном. – Заморочка у нас временно общая.

– Красава, – усмехнулся Олег. – Нашел с кем морочиться. Ну, растолкуй, зачем вам Ургин? Давай, мы послушаем, а там решим, так ли он вам нужен.

– Я мало чего знаю, и неудобно здесь, – Илья повертел головой, давая понять, что при снующем в коридоре народе речь вести не хотелось бы.

– Мы к "Иволге" топаем, – разгадав его затруднения, сообщил Гусаров. – Может, проводишь? По пути поболтаем.

– Давай к "Иволге". Чего ж нет? Провожу и самому перекусить бы неплохо, – согласился Герцев. Повернулся, проверяя, не увязался ли следом кто из друзей Нуриева, поднял воротник и зашагал за ходоками.

5

"Иволга" – она почти в центре крупных полостей пещерных и главных проходов. Народу возле заведения толчется немало – приторговывают по мелочи, делятся сплетнями, назначают встречи – но в обоих кабацких залах всегда есть пустые столики. Отведать чего-нибудь горячего, пахнущего дымком, оно невыносимо завлекательно, тем более когда вокруг лишь скука и серость, и поедом грызет тебя тоска по прошлой жизни. Все так, но дешевле кормиться через продуктовые лавки Хряпы.