- Так-то оно так. А соглашаться дуроломом тоже не приходится. Может, на горке воды нет. Может, там рыть колодцы-доводы не докопаешься.

- Да ведь у воды, пегая борода, жить будем. Хоть из окна воду хлебай.

- Ему новую хату на каменном фундаменте жаль бросать. Весь фундамент покрошится. Неохота трогаться.

- Кому охота, - отвечает Ипат. - Сегодня на гору, завтра под гору... Прямо ставь хаты на колеса.

- Верно. Не пойдем на гору.

Разбились на партии. И снова приезжали из города, приходится убеждать сход. Бились, отложили до вечера.

- Ребята, а Панас Чепуренко нипочем не пойдет на гору. Упористый старик.

- Кто это Чепуренко?- спрашивают приезжие и узнают, что Панас - кряжистый дуб девяноста двух лет, но еще крепкий, выходец с Украины. Упрям как чурка, в Бога верует. Табак нюхает, сам растирает.

Маришкин и Курилко, которые на автомобиле приехали, решают после схода навестить Панаса.

Он с граблями в руках копается в огороде. На приветствие ответил низким поклоном и зовет в хату.

- Да мы с тобой тут на вольном воздухе поговорим.

Но старик непреклонен.

- Як що на розмову, то прошу до хаты. - И первый уходит.

Делать нечего, пошли за ним.

- Вот что, дедушка, - говорит Маришкин, - на гору надо перебираться. Если сам не сможешь, люди помогут.

- А навище менi на гору дертятся. Менi и тут гораздо.

- Нельзя, старина. Тут скоро вода все зальет.

Панас слушает внимательно, гладит длинные усы, не спеша вынимает тавлинку, нюхает табак и наконец отрицательно качает головой.

- Не може цього бути, - уверенно отвечает он. - Бог обiцяв, що зливи1 бильш не буде.

Приезжие переглядываются. Они не ожидали такого возражения. Маришкин, чтобы сразу не озлобить старика, решил действовать дипломатически.

- Да ведь то про всемирный потоп сказано, а тут Волга только, несколько деревень зальет, вот и вашу тоже. Для орошения полей, понимаешь? От засухи. Ведь заливает же села и деревни весенний разлив. Так это же не потоп.