Кто-то пронзительным голосом затянул рыбацкую песню. Шпиг с отвращением передернул плечами и швырнул сигарету в воду.

- Привет, гроза невиновных и друг мошенников! - провозгласил тот же высокий голос. - Сегодня ты неважно выглядишь!

Брукс издал еще один стон.

- Иди ты к черту, недостающее звено между обезьяной и человеком. Смотреть на тебя не хочу. Впрочем, вряд ли у меня хоть когда-то было такое желание.

Голос Оранга прозвучал по-детски обиженно:

- И это после всего того, что я для тебя сделал? Да, благодарности от тебя не дождешься.

Шпиг снова застонал, открыл, но тут же снова закрыл глаза. Издевательства Оранга продолжались уже две недели, и юрист начал обнаруживать в себе преступные наклонности.

Оранг подошел к костру и стал ворошить угли под кофейником. Его прозвище идеально подходило ему.

Длинные волосатые руки химика свисали почти до колен. Маленькая головка была увенчана какой-то рыжеватой порослью. Такая же щетинообразная поросль покрывала все тело Оранга. Химик имел привычку раскачиваться при ходьбе, что давало Шпигу повод лишний раз напомнить компаньону о своих подозрениях насчет его родства с четвероногими обитателями деревьев.

Юрист прикрыл глаза рукой, потом посмотрел на Оранга сквозь пальцы, издал очередной стон и бросился в лес.

Дело в том, что, собираясь отправиться на берега озера Верхнего по распоряжению бронзового человека, Мэйфэр приобрел специальный костюм. В этом костюме химик был похож на шимпанзе, который пытается одновременно подражать в одежде королевскому гвардейцу, ковбою и электросварщику. Эта пестрота выводила Шпига из себя.

Оранг был одет в пиджак огненно-красного цвета, ядовито-зеленые непромокаемые ворсистые брюки и ярко-желтые ботинки.