Рой остановил стрельбу, и я довольно быстро сложил из кирпичей пару небольших штабелей на стоярдовой отметке. Кирпичей здесь было много - их использовали для разных трюков, и целые их штабеля лежали вдоль забора. Пока я возился с мишенями, Мария Пилар и наши спутники пришли на стрельбище, принеся чехлы с оружием.

– Mi Amor, давай сделаем так: ты берешь себе мишень слева, а я - справа. У тебя двадцать патронов в магазине. У меня… - я выщелкнул из магазина десяток патронов, - тоже двадцать. Задача - уничтожить свой штабель. Готова?

– Готова.

– Ты начинаешь, я стреляю вторым.

Мы заняли два мата, Бонита прицелилась. Затем захлопали частые выстрелы. От кирпичей летела крошка и куски, примерно после десяти выстрелов штабель перестал существовать.

– Доволен? - с некоторым вызовом спросила мария Пилар.

– Вполне. Теперь моя очередь.

Я взял "Абакан" с оптикой, прицелился в середину штабеля. Селектор огня стоял на "двойке", то есть очереди из двух выстрелов, которые производились с частотой 1800 в секунду. Получалось, что две пули подряд всегда попадали почти в одну точку. Нажал на спуск. Середина штабеля почти испарилась, превратившись в облако пыли. Сзади загомонили зрители. Взял прицел пониже, снова выпустил очередь. Штабель превратился в крошку. Все.

– Ну, как? - спросил я у Марии Пилар.

– Очень впечатляет. Я знаю, как это действует, но никогда не видела в реальности.

– Вообще то у меня была мысль отдать тебе эту игрушку вместо твоего "Спрингфилда". Она по надежности не хуже, а вот результат стрельбы… В магазине пятнадцать таких двойных выстрелов, ты можешь даже комбинировать патроны. И еще, я сам видел, как обычная оболочечная пуля пробивает тяжелый бронежилет. Первая раскалывает пластину, а вторая влетает внутрь. А что такое пуля, проскочившая сквозь бронежилет - рассказывать не надо.