— Так, может, за встречу, мужики? — предложил Немеровский, доставая бутылку «Синопской».

— Нет, на службе не можем, — закачали головами патрульные, но Росин знал, что рано или поздно они согласятся. А где-нибудь через час-другой сами попытаются выйти на круг с топором в одной руке и щитом в другой. Главное, чтобы дружинники не успели к этому времени поднабраться и не помяли представителей правопорядка слишком сильно. На мелкие тычки менты не обижаться не станут — не та порода людей. Мастер посмотрел на часы и тихо выскользнул на улицу.

Туристы уже тянулись к автобусам, но не все. Кое-кого похоже, соблазнили посмотреть продолжение поединков и угоститься русской кашей — со стороны полевой кухни доносились аппетитные запахи старой доброй тушенки. Опять сожрут все консервы за два дня, а потом одно пшено да вода останутся! Или один «тархун» — со всех сторон люди с удовольствием прихлебывали именно этот напиток. Можно подумать, водка вся кончилась…

Из палатки вышел милиционер, открыл дверцу «УАЗика», взялся за микрофон:

— Центральная, это седьмой. Нахожусь в месте проведения массового мероприятия возле поселка Келыма. Обстановка спокойная. Остаюсь здесь для обеспечения правопорядка. Как поняли?

— Все поняла, — прохрипела рация, — находитесь рядом с поселком Келыма.

Патрульный закрыл дверцу, направился в сторону палатки, но перед Росиным остановился:

— Скажите, а правда, что из пистолета ваши доспехи пробить нельзя?

— Смотря из какого, — пожал плечами Костя. — Если из «Стечкина», то метров с пяти или десяти пробьет. А если из «Макарова», то вряд ли.

— Не может быть!

— Ну, тут еще от пули, конечно, зависит, — усмехнулся мастер. — Но если все стандартное, то в доспешного ратника палить бесполезно. Только в голову. И то, когда воин без шлема.