Генерал Бастер
16 ноября 1999 года. Французская Гвиана. Кайенна
После вспышек и грохота светошумовых гранат, после стрельб ан рафаль (очередями, одиночными, из положения лежа, на бегу, стараясь уложиться в обязательные две секунды) в длинном, как колбаса, тире, забросанном через окна шашками со слезоточивым газом, сумеречная прохлада бара «Добрый самаритянин» действовала оглушающе.
Конечно, не марсельский бар. И даже не бар отеля «Монтабон».
И Поль Роу, хозяин заведения, правильно привинтил деревянные столы к полу.
И адапты пьют шумно, поскольку прибывают в Гвиану с Антил хотя и по призыву, но вовсе не за тем, чтобы бегать кроссы и стрелять по целям. И даже вид за окном не радует: серые деревянные дома, наклонные крыши, каналы, забитые чахлыми лилиями и серой травой. Во время сиесты даже муравьи замирают, а крысы падают замертво от теплового удара. Замолкают оборванные продавцы падди, белого риса, исчезают с улиц бритые католические священники.
Пыль…
Зной…
Серые стены…
Кайенну определяют лачуги, а не здание префектуры, построенное еще иезуитами. И не тридцатиметровые каменные колонны, видимые с любой точки площади Пальмист. И не институт Пастера с празднично поблескивающим стеклом стен. Даже не новый порт. Кайенна – это серые бараки, источенные муравьями, запах мочи, гнилой рыбы. Кайенна – это трепыхание застиранного белья, вялые розы на пустырях, ароматы острых специй, дешевого табака, нефти, приторной патоки, тростникового сахара, блевотины, кокосового масла, неочищенного рома. Кайенна – это розовые крысы увари, роющиеся в мусорных баках, и трещащая под ногами скорлупа креветок и голубых крабов.
Капрал Тардье держал руку на стакане.
Легионеры Морис Дюфи и Джек Кроуфт следовали его примеру.
Джек Кроуфт задумчиво сплевывал на пол. Это раздражало хозяина «Доброго самаритянина». Он ведь не знал, что через несколько часов легионерам придется нырять в раскаленное чрево вертолета. Девять рядовых, капрал и майор. Один счастливчик останется в казарме. Майор Моро, прикомандированный к штабу полковника Вокулера, решил принять участие в патруле, а вертолет поднимает двенадцать человек. Пилот, майор, капрал – это уже трое. Значит, могут полететь девять легионеров, один останется.