Доктор растянул в улыбке бледную полоску губ.

- Типичный случай нетипичной реакции.

Инспектор Альфеус упрямо боднул воздух тяжелой головой.

- С определением буду спорить. О! Вот вам еще один случай. Наркотики. Их синтезируют где-то на юго-западе в подводных лабораториях. Ракетами уже боятся перебрасывать - слишком велики потери. Нашли другой выход: под сверхвысоким давлением прессуют из наркотиков тару. И переправляют в ней что-нибудь безобидное. Биостим, например.

- Почему им не хватает вида? Тоже ведь своего рода наркотик.

Доктор произнес эту фразу самым обыденным тоном. Альфеус вздрогнул и метнул на него быстрый взгляд. Рыхлое, словно разваренное лицо Доктора выражало только благодушие. Словно и не он только что произнес крамольную фразу о виде. Любые выступления такого рода строго пресекались органами спецнадзора.

Доктор и раньше позволял себе еретические высказывания, но в последнее время делает это чересчур откровенно. Почти в открытую.

- Вот вы говорите "как всегда". - Док произносил слова медленно, зависая на гласных и растягивая паузы между словами. Эта его привычка превращала самый жаркий спор в подобие ленивого послеобеденного трепа. Дела обстоят вовсе не "как всегда". Вы не помните, Альфеус, как было тридцать лет назад или хотя бы двадцать. Вы еще молодой человек, Альфеус. У нас тогда за неделю случалось столько происшествий, сколько теперь за день.

Инспектор только вздохнул. Пять лет назад, в самом начале совместной с Доктором работы, он пробовал спорить с ним, используя набор стандартных истин, преподанных ему в училище. Но каждый день приносил новые факты, которые заставляли относиться к ворчанию старого эскулапа со все большим вниманием..

- Мы с вами обычные пожарники,- заключил Док.- Но пожарники плохие. Надо тушить огонь. А мы от него только отгораживаемся. Огонь разгорается, а мы говорим: "Все как всегда!"

- Ладно-ладно, - поспешил его прервать Альфеус, косясь на вид.- Кто там у вас, кроме суикцидальников, на грани срыва?