Четверо наиболее отличившихся членов Совета, к которым Властелин хотел проявить благосклонность, несли шлейф его горностаевой мантии.

     Далее следовали любимые дочери Властелина со своими друзьями и поклонниками.

     Процессию замыкала многочисленная дальняя родня и арьергардная рота артиллеристов с легкими походными кулевринами.

     Очевидцы утверждали, что растянувшаяся походная колонна была настолько длинна, что когда ее передовая часть в полдень уже достигала места проведения пикника или подъемного моста  Охотничьего замка, арьергард еще не выходил из дворца и топтался у Боровицких ворот, дожидаясь своей очереди.

     Часто предпринимались, также, выезды в Коктебель, где дующие устойчивые ветры с моря создавали восходящие потоки воздуха, делая это место чрезвычайно удобным для модного среди знати планеризма.

     В воздухе там парили дельтапланы и парапланы, которыми управляли дети членов Совета и приближенных высокопоставленных чиновников.

     Властелину нравилось за этим наблюдать – занятия дзюдо давно уже не привлекали, несмотря на имеющийся у него черный пояс.

     Там же, в Коктебельском заливе, он любил нырять в легководолазном снаряжении и часто доставал со дна моря древние амфоры и другие артефакты, чем приводил в восхищение свиту и доставленных сюда представителей СМИ.

     К слову сказать, опасаться Властелину, его двору и свите было нечего, поэтому вся эта суета с многочисленной охраной носила показной, символический характер, но чрезвычайно льстила самолюбию Властелина.

     Вся прибрежная полоса острова тщательно охранялась специальной береговой стражей с использованием самых современных охранных систем, чем совершенно исключалось проникновение сюда посторонних лиц, морских и воздушных целей.

     Кроме указанного, боевой звездолет инопланетян, жестко контролировавший с орбиты всю территорию острова, мог идентифицировать все предметы длиной от нескольких долей миллиметра и отслеживать их перемещения.