И помогало! Ещё как помогало! Люди искушённые, конечно, видели, что автор слаб, неталантлив, но зато мысли у него передовые, а раз так, нужно его поддержать.
Салтыков-Щедрин пишет Некрасову 25 марта 1868 года:
"Роман Решетникова – такой навоз, который с трудом читать можно. Однако я его выправлю, и думаю, что в этом виде его можно будет печатать". И точно, выправил: роман "Где лучше" печатался с продолжением в пяти номерах "Отечественных записок", журнала в ту пору наилучшего, во всяком случае по мнению передовых людей. Пусть навоз, зато "общее впечатление – хорошее, наглядно рисующее безысходность…" (Салтыков-Щедрин – Некрасову, 12 мая 1868 г.)
Ну а читатели, что читатели… Ели, ещё и нахваливали. Спустя два года Салтыков-Щедрин опять редактирует очередной роман Решетникова, о котором пишет без обиняков: "Это говнище необыкновенное" (Салтыков-Щедрин – Некрасову, 17 июля 1870 г.). Роман занял шесть номеров "Отечественных записок"!
Но мороз морозом, наводнение наводнением, а основные беды русские горемыки всё же терпели от помещиков, ростовщиков, вообще эксплуататоров всех мастей. Прямо об этом писать было нельзя, цензура воспрещала возбуждать сословную рознь, но любой непредвзятый читатель понимал: маленьких людей душат и притесняют люди большие. Эх, вот если бы больших людей как-нибудь отделить от маленьких, тогда бы маленькие вздохнули вольно и зажили от души. Всё поровну, по справедливости.
В такое передовое время и пришёл в литературу Глеб Успенский. Пешком. Биография обыкновенная: из семьи чиновника, гимназия, затем университет, но курса не кончил. Публиковался смолоду, однако жить одним лишь писательством не получалось, приходилось зарабатывать на стороне: был и учителем, и корректором, и журналистом, и чиновником.