Вздох ужаса прокатился по залу. Послышались крики: "Нет!", "Нет!", "Нет!". Марр поднял руки, призывая к тишине.

- С Джонни все в порядке! - прокричал он в микрофон.

- Уверяю вас, с Джонни ничего не случилось!

Ему ответил шквал аплодисментов.

- Джонни вылетел из Чикаго сорок минут назад. Он должен прибыть в Нью-Йорк примерно через час. Полицейский эскорт ждет его в аэропорту, чтобы без задержки сопроводить сюда. Джонни просил передать вам следующее: "Скажите им, что я буду петь до утра, если они меня дождутся".

Зал взревел от восторга. Микрофоном вновь завладел Мюррей Клинг. Потянулись выступления певцов, рок-группы, джаз-оркестра. Люди ждали... Наконец из холла донесся чистый звук трубы. И тут же потонул в реве двадцати тысяч голосов.

Джонни Сэндз вернулся! Он ворвался в зал, потрясая золотой трубой. Завизжали женщины, все вскочили с мест, приветствуя его. Взлетев на сцену, Джонни - на вид ему было не больше сорока - поднял руки, требуя тишины.

- Вы ждали слишком долго, - начал он. - Дайте мне еще десять минут. Я только переоденусь, а потом буду с вами сколько вы пожелаете. Хоть целую вечность.

Джонни спустился в зал. По пятам за ним следовал Эдди Уизмер, его близкий друг и помощник. У десятого ряда, где сидели Квист и Лидия, Джонни остановился. Вблизи он выглядел гораздо старше.

- Мне надо поговорить с тобой, дружище.

- Конечно, Джонни, - кивнул Квист. - Приходи ко мне завтра утром, часиков в одиннадцать, и мы вместе позавтракаем.

- Сегодня, - возразил Джонни, - сразу после концерта. Мне нужна твоя помощь, дружище. Если б ты только знал, как она мне нужна.

2

Едва ли кто-нибудь из зрителей мог забыть музыку, звучавшую в тот вечер. Джонни, казалось, не знал усталости. Он пел и играл Коула Портера и Джерома Керна, Гершвина и Берлина, песни "Битлз" и Бэрта Бахараха.