Рулевой начал маневр, а коммодор Браун, стараясь выглядеть совершенно спокойным, пил маленькими глоточками кофе и наблюдал, как по мере прихода в боевую готовность кораблей флотилии меняются на дисплее их условные обозначения.

Сначала Брауну не нравилось, что его заместителем благодаря старшинству в звании был назначен капитан Алекс Чельтвин. Ведь тот служил раньше не в Астрографическом управлении, а в ударном Военно-космическом флоте! Браун прекрасно знал о ловушках, в которые иной раз попадали корабли Астрографического управления, и не разделял добродушно-насмешливого отношения многих офицеров управления к «воякам», которым Адмиралтейство настойчиво поручало сопровождение даже самых простых экспедиций. Но ему все равно хотелось бы видеть заместителем кого-нибудь из «своих» – Урсулу Эльсвик или хотя бы Родди Ширака, командовавшего «Ютой». Оба они уже долго служили в управлении, знали работу не хуже самого Брауна и прекрасно находили с ним общий язык.

Но очень скоро Чельтвин сумел завоевать расположение Брауна. Алекс был умен и, кроме того, блестяще владея тактикой военных действий в космосе, умел не выпячивать своего превосходства в этом вопросе. Браун отдавал должное скромности Алекса и, по правде говоря, был рад, что военными кораблями, прикрывающими шесть его разведывательных крейсеров, командует настоящий профессионал. Чаще всего злейшим врагом экипажей разведывательных кораблей оказывалась не кровожадная инопланетная цивилизация, а скука; и все-таки приятно было знать, что в случае опасности тебя защитят, и при этом весьма умело.

Коммодор встрепенулся и стал наблюдать, как корабль Военно-космического флота Земной Федерации «Аргос» осторожно приближается к ничем не примечательной точке пространства, особенности которой ощущали только его датчики.

Штурман «Аргоса» лейтенант Чаннинг изучал данные на своем мониторе.

– Нарастают гравитационные завихрения, характерные для узла пространства восьмого типа, – доложил он. – Будем в точке перехода секунд через двадцать пять.