Янтшаров можно купить со всеми потрохами: на время данной операции в их вооружение и одежду были встроены взрывные заряды; и несмотря на какие-либо инженерные усилия, в случае подрыва существовали всего-лишь пятидесятипроцентные шансы выживания. Но у янтшаров все это было записано в контрактах, равно как и принудительная, автоматическая амнезия в случае их взятия в плен.

Последней отступила из ущелья пятая дружина, которая в ходе предварительных перебросок передвинулась в сторону котловины. Их катапультировали в два приема; потом переправили Цербера. В ходе последнего парного броска должны были возвратиться майор Круэт и рядовой Лоон.

Исчез Цербер, появился песочный круг (понятно, что на самом деле это было полушарие). Лоон кашлянул.

— Господин майор.

— Да, иду.

Они вошли в поле переброски.

— Скажете, когда останется десять секунд, Лоон.

— Семьдесят… шестьдесят восемь… — Они ждали. — Десять.

Круэт нажал на кнопку передатчика.

В шести вонзенных в землю в различных местах котловины миниатюрных пусковых установках произошли взрывы — в небо помчали серебристые сигары. Снижаясь по коротким дугам, они оставляли за собой едва видимые, реденькие облачка. Ветер быстро смыл их с синевы неба.

Подобного рода процедура — поскольку описанная выше операция представляла собой лишь часть более крупного предприятия — сделалась уже стандартной, все это было рассчитано на то, чтобы произвести впечатление на союзников. В емкостях, взорвавшихся над котловиной, находилась радиоактивная пыль. В соответствии с моделированием ситуации, имелась возможность того, что несколько, не более двух десятков партизан могло пережить нападение — ведь нельзя обладать полной уверенностью, когда в игру входит столь большая территория и столько много изменяющихся факторов — к примеру, тот самый арсенал на северном склоне: они ведь понятия о нем не имели.