Ну что ж, ему придется все это выяснить. Расправив свои стройные плечи он пошел дальше.

Его окружало безмолвие аляскинского леса. Слабый вечерний ветерок шелестел в темных соснах и обдувал его щеки, дыша прохладой и покоем в тишине. Где-то шумели, рассаживаясь по гнездам, птицы, а комары тонко пищали по краям магического круга, образованного с помощью изобретенного им средства для отпугивания насекомых. Помимо этого раздавалось лишь слабое шуршание его шагов по ковру из годами накапливавшихся хвойных иголок. После двух лет тишины и одиночества вибрация человеческого присутствия действовала на его нервы, как пронзительный вопль.

Когда он вышел на небольшую поляну, за северными холмами садилось солнце. Длинные золотые лучи разливались по траве, осеняя своим волшебным светом скромную хижину и отбрасывая вперед огромные тени. Вертолет на фоне темнеющего леса отдавал металлическим блеском, и он подошел очень близко, прежде чем ослепленные глаза смогли различить женщину.

Она стояла перед дверью в ожидании, и солнечный свет окрашивал ее волосы в цвет червонного золота. На ней были красный свитер, синяя матросская юбка, как и в их последнюю встречу, а ее тонкие руки были скрещены на груди. Так она ждала много раз, когда он выйдет из лаборатории, тихая, как послушный ребенок. Она никогда не проявляла при нем излишней живости -- с тех пор, как заметила, что подобные эмоции недоступны для его понимания, которое в свою очередь недоступно для них.

Он криво улыбнулся.

-- Привет, Пегги,-- сказал он, ощущая неуместность этих слов. Но что еще он мог бы ей сказать?

Он заметил, как она вздрогнула, испытав нервное потрясение. Его улыбка сделалась более вымученной, и он кивнул.

-- Да,--сказал он.--Я всю жизнь был лыс как яйцо. Здесь, в одиночестве, мне не было резона ходить в парике.

Она окинула его взором своих широко открытых карих глаз. На нем был костюм человека, живущего среди лесов: шерстяная клетчатая рубаха, джинсы в пятнах и тяжелые сапоги,-- а в руках он держал удочку, ящик со снастями и связку окуней. Но он совершенно не изменился. Маленькое стройное тело, тонкие черты лица неопределенного возраста, сияющие темные глаза под высоким лбом -- все было такое же, как прежде. Время не наложило на него отпечатка.