В один прекрасный день посреди перестройки – в 1988 году – Том Дефанти обнаружил, что помогает американским и советским орбитальным шпионам сверять разведданные. Задолго до того, как космический телескоп «Хаббл» хотя бы в проекте начал разглядывать далёкие галактики, спутники-шпионы «холодной войны» вывели на орбиту гигантские подзорные трубы. Только глядели они всегда вниз.
Упорством и мастерством Том Дефанти добился репутации первого парня на планете по «национальным средствам технической верификации». Не потому, что сам Дефанти был разведчиком… хотя технически можно было считать шпионажем то, что он передавал информацию со спутников на конференции по разоружению. Нет. Дело было в том, что Том Дефанти сам занимался производством спутников-шпионов. Более того, он нёс эстафетную палочку для самой тайной промышленности на свете. Очень-очень тайной, не то что обычная астрономия или компьютерная индустрия, – хотя и сочетающей в себе их обе. Очень массивной, продвинутой, высокотехнологич-ной промышленности. Огромной, мрачной и могущественной. И Том Дефанти из всех частных предпринимателей сделал для её развития больше всего. Он производил детали для гигантских орбитальных камер. Он платил за разработку программ для анализа огромных объёмов фотоизображений.
Это делало его весьма важной персоной. Его, Тома Дефанти, того лихого разводчика, что сколотил аэрокосмический концерн у себя на коленке из пары молитв и нескольких парусных яхт, груженных слитками золота из Акапулько. От отчаяния ему приходилось в свое время творить совершеннейшие безумства. Но всегда и всюду он держал в уме единственную цель: заполучить собственный список заказов от «Чёрной глубины»