Удовиченко Диана

Удовиченко Максим

"Зеркала судьбы. Скитальцы"

Пролог

   Мир покрывала тьма -- непроницаемая, густая, почти осязаемая. Она пропитывала воздух, липла к коже, заливала мраком глаза. Тир-на пробивалась сквозь эту непроглядную тьму, брела туда, где -- она интуитивно знала -- находилась та, которая нуждалась в ее помощи. Наконец чернота стала рассеиваться, но на смену ей пришел зеленоватый туман, из которого к прорицательнице протягивались извивающиеся щупальца. Ольда небрежно проводила перед ними тонкой рукой, и жадные стрекала сокращались, отдергивались в испуге.

   Наступил момент, когда ее упорство было вознаграждено: впереди забрезжил свет -- теплый, ласкающий. Гадалка вступила в очерченный им круг, посреди которого лежала черноволосая женщина, закутанная в теплое одеяло. Ольда внимательно всмотрелась в лицо спящей. Словно почувствовав ее взгляд, та открыла глаза и ответила прямым бесстрашным взглядом. Чтобы не волновать больную, прорицательница откинула капюшон.

   -- Тир-на? - прохрипела женщина.

   -- Я не ошиблась в тебе, орка. Ты и вправду сильна, -- ответила ольда. -- Но ты победила болезнь, а не судьбу.

   -- О чем ты?

   Гадалка хотела было пояснить, но ее перебил зазвучавший в сознании голос -- красивый, бархатистый и такой ненавистный:

   -- Тир-на! Вернись и говори, Тир-на!

   Эти слова спутали мысли, сковали речь, стиснули горло спазмом. Следом невидимая рука подхватила и потянула ольду назад, в реальность, причиняя дикую, нестерпимую боль. Она сопротивлялась изо всех сил, зная, что необходимо заговорить, предупредить, предостеречь... Язык плохо слушался, но на помощь пришли карты Судьбы -- верные соратники, сопровождавшие хозяйку везде, даже в видениях. Соткавшись на ладони прямо из воздуха, они слабо завибрировали, возвещая, что готовы предсказывать.